Любовь-и-терроризм-на-Чемпионате-мира

Группа иранских футбольных болельщиков, кричащих «Оле-оле-ола» в 9 утра ­– не тот будильник, который я выбрал по своей воле.

В Санкт-Петербурге начался Чемпионат мира по футболу. Мы с Y направляемся в фан-зону. Перед тем, как пропустить нас внутрь, они забрали ложку из сумки Y.

Мы останавливаемся у одного из прилавка, чтобы купить выпить. Y заказывает колу.

«А крышку?» – спрашивает она.

Мужчина за прилавком качает головой.

«Почему нет?»

«Террористы»

Мы движемся дальше, сливаясь с толпой болельщиков. Гиппопотамы парами ходят вдоль красных и синих ограждений, остерегая болельщиков от остальных улиц. Вокруг очень шумно. Настолько, что становится неприятно. То самое шумно, когда вместо «черт, как здесь громко», ты просто оглядываешься по сторонам, недоумевая «серьезно?!»

Y дергает меня за руку, пытаясь что-то сказать.

«Что?» – переспрашиваю я.

«Черт, как здесь громко!»

Я оглядываюсь по сторонам: «Серьезно?!»

Группа иранцев проходит слева:

«Оле-оле-ола», – говорят они нам.

Справа от нас внезапно появляется большая черная камера. Ее объектив настолько большой, что я могу видеть полное отражение своего лица. Массивная камера покоится на плече тролля. Он начинает кружить вокруг нас.

Огромная белая голубка внезапно спускается с неба. Она встает на землю. Ее глаза большие и черные, а рост почти как у Y. За запахом парфюма прячется вонь. В конце концов, голубки — это просто облагороженные голуби. Она принимается щебетать, тыча микрофоном в нос Y.

Она начинает быстро говорить по-русски, держа микрофон с фиолетовой мохнатой штукой на конце. Я не могу понять ее интонацию из-за шума. Голубка продолжает тыкать микрофоном в лицо Y, ее голова качается из стороны в сторону, камера не перестает отражать мое толстое красное лицо. Сегодня очень жаркий день.

«Нет, спасибо», – отвечает ей Y.

Левое крыло голубки непрерывно дергается, ее черный глаз становится влажным. Она приступает задавать Y множество вопросов.

«Как долго?» ­–  спрашивает она на русском.

Y хмурится: «Год»

Голубка начинает смеяться: «Самое время!»

«Нет!»

Я смотрю на Y: «Что, черт возьми, происходит?»

«Просто доверься мне, я тебя спасаю», ­– отвечает она.

Голубка подходит ближе:

«Давай! ­– говорит она на русском. ­– Давай, давай, давай!»

Y хватает меня за руку и уводит прочь. Голубка призывает следовать за ней, камера начинает догонять нас.

«Что она хотела?» Мы прорываемся сквозь кучку пьяных иранцев, подходя ближе к выходу.

«Она пыталась нас поженить!»

«Что?»

«Она уговаривала нас пожениться. У них есть все необходимые бумаги и место. Они хотели снять то, как мы женимся на чемпионате»

«Что? Как?»

Y ускоряет шаг, опережая меня: «Она не переставала меня уговаривать, уверяя, что нам нужно пожениться. Что мы достаточно взрослые, чтобы сделать это, что у них есть юрист и все такое. Это так странно, она не сдавалась!»

«Серьезно?»

Y кивает головой. На ее лице проскальзывает чья-то тень. Мы смотрим вверх. Голубка витает над нами по кругу:

«Давай, давай, давай»

«Серьезно?» – спрашиваю я.

Y хватает свою бутылку от колы и бросает вверх, прямо в голубку, но бутылка оказывается слишком легкой, поэтому ветер сдувает ее обратно. Она приземляется рядом, обрызгивая наши ноги.

Y пинает ее со всей силы: «Чертовы террористы»

Она хватает мою руку, и мы направляемся к выходу.

 

 

Author: Flash-365

Author Benjamin Davis and artist Nikita Klimov created one story and one picture each day for one year. In May 2018 they published their first book, The King of FU

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s